Новости города Рыбинск
     

    О следствии – солидно и авторитетно

    Незабываемое, увлекательное и поучительное путешествие по страницам УК Российской Федерации вместе с полковником, заслуженным юристом  России Лещевым Владимиром Семеновичем
    Сегодня мы продолжаем обсуждать статью №223 «Незаконное изготовление оружия».
    Часть 1: Незаконное изготовление и ремонт огнестрельного оружия, комплектующих деталей к нему, а равно незаконное изготовление боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств.
    Лишение свободы на срок от 2-х до 4-х лет.
    Хотелось бы обратить внимание на фразу: «комплектующих деталей»: приклад, ствол, затвор, обойма и др. Нашел обойму от пистолета, очистил от ржавчины, можешь получить реальный срок. Разумеется, если эксперт признает, что эти комплектующие детали пригодны для использования.
    Здесь надо иметь в виду маленький нюанс, в рамках этой статьи имеющий большущее значение. Сам факт, что человек только приступил к изготовлению взрывчатых веществ, будет считаться приготовлением, либо покушением на изготовление.
    Как изготовить взрывчатку, в Интернете есть подробнейшие инструкции. Прочитал, решил попробовать. Приобрел все необходимые компоненты, но кто-то узнал и «стукнул»:
    — Боюсь, как бы чего не вышло.
    Проверили: действительно, к примеру, в гараже лежат вещества, из которых можно изготовить бомбу. Но самой взрывчатки еще нет и в помине.
    — Для чего?
    Экспериментатор начнет оправдываться:
    — Я ведь ничего не сделал. Только купил.
    Заглянули в его компьютер: а там – весь процесс изготовления боеприпасов расписан по пунктам.
    Это будет считаться приготовлением к незаконному изготовлению боеприпасов, взрывчатых веществ, взрывчатых устройств: 50% от реального срока – от 1 года до 2 (вместо положенных от 2 до 4 лет).
    Если же какие-то компоненты уже соединены, но боеприпас пока еще не может взорваться, тогда эти действия будут считаться покушением на изготовление: 75% от реального срока (от 1,5 до 3 лет).
    Желание что-нибудь взорвать, произвести громкий хлопок, шум, наверное, заложено в природу человека: интерес к салютам, петардам тому прямое подтверждение. В советское время петард в свободной продаже не было, и пацаны сооружали всякие штучки, например, жигало: трубка, гвоздь, спичечные головки. Результат – хлопок, эквивалентный по шуму обычной петарде.
    Но были и «продвинутые Кулибины», которым подобного эффекта было мало. Им нужен был настоящий пистолет. Они это жигало пытались усовершенствовать. Многим таким изобретателям отрывало пальцы из-за ошибок в расчетах. Но у некоторых получалось простенькое огнестрельное оружие.
    И когда такая стреляющая трубка попадет в руки эксперту, он, скорее всего, сделает заключение, что данный предмет является огнестрельным оружием по типу дуэльных пистолетов. В порядке эксперимента из этого оружия может быть произведен выстрел, чтобы установить силу выстрела (пробивает фанеру, толщиной 1 см., к примеру).
    С точки зрения пацана – шутка. Для его родителей – административная ответственность (если он не достиг совершеннолетнего возраста) за плохой контроль над ребенком.
    Пропуская часть 2 (те же деяния, совершенный группой лиц по предварительному сговору) и часть 3 (деяния, предусмотренные частями первой и второй настоящей статьи), от пяти до восьми лет лишения свободы, обратим внимание на часть 4.
    Часть 4: Незаконное изготовление газового оружия, холодного оружия, в том числе метательного оружия (лишение свободы до 2-х лет).
    Под словом «оружие» понимается определенная система критериев. Оружие – это общепринятое обозначение конкретного предмета, который используется для причинения телесных повреждений. У него какое-то название есть, например, кортик, кинжал, сабля, катапульта, арбалет и др.
    Но как быть с обычной рогаткой? Это ведь тоже катапульта! За изготовление обычной детской рогатки уголовная ответственность не  наступает. Но и рогатка может быть признана метательным оружием (тип: катапульта), если сила вылета снаряда будет очень большой: как дали по сараю – он и разлетелся в щепки. Детский арбалетик – ерунда. Но когда он пробивает броню насквозь или тело человека, — это уже оружие.
    Есть умельцы
    На заводах встречаются умельцы, для которых незаконное изготовление холодного оружия – не всегда способ заработать деньги, а зачастую – просто возможность самоутвердиться. Находят высококачественную сталь и делают по образу и подобию, например, кинжал или морской кортик, чтобы потом похвастаться своими творениями или подарить друзьям.
    Но данная статья УК не оговаривает мотивы изготовления. Достаточно самого факта.
    Задержат такого умельца на проходных:
    — Кто сделал?
    — Я.
    — А не ты может быть?
    — Я, кто же еще? Больше никто не умеет.
    Он гордится созданной красотой, сочетающей изящность холодного металла и его функциональность, но порою не понимает, что с позиции УК является преступником.
    Примечание: Лицо, добровольно сдавшее предметы, указанные в настоящей статье, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления.
    Газовое оружие (случай из личной практики)
    В этой связи вспоминается случай, который произошел с одним моим старым приятелем. Он не изготавливал газовое оружие: просто когда-то давным-давно купил обычный газовый пистолетик. Он и не применял его ни разу. Положил на дальнюю полку и забыл. Срок лицензии на хранение давно истек. Вспомнил о нем только во время переезда. И задумался: «Что с ним делать?».
    Позвонил мне:
    — Владимир Семенович, подскажи, как быть?
    — У тебя три варианта: 1) либо пусть он и дальше лежит, хранение газового оружия уголовно не наказуемо; 2) либо сдай его, но проблем не оберешься: за незаконное хранение предусмотрена административная ответственность; 3) выкинь его куда-нибудь в реку.
    Он избрал второй вариант и пошел сдавать. Потом звонит:
    — Почему я тебя не послушался? Меня там вопросами завалили: «А откуда ты его взял? А чего с ним делал? Применял ли? Почему не продлил лицензию и т.д.?» и объяснили, что за это полагается немалый штраф.
    ГЛАВА 25
    ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ НАСЕЛЕНИЯ И ОБЩЕСТВЕНОЙ НРАВСТВЕННОСТИ
    Статья №228 УК РФ
    Незаконное приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов
    Часть 1:  Незаконное приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов в крупном размере (штраф до 40 тыс. рублей, лишение свободы до 3-х лет).
    Часть 2: Те же деяния, совершенные в особо крупном размере (лишение свободы от 3 до 10 лет со штрафом до 500 тыс. рублей).
    Примечания:
    1. Лицо, совершившее преступление, предусмотренное настоящей статьей и добровольно сдавшее наркотические средства, психотропные вещества и их аналоги и активно способствующее раскрытию преступления или пресечению преступления, связанного с незаконным оборотом наркотических средств, освобождается от уголовной ответственности. Не может признаваться добровольной сдачей наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов изъятие указанных веществ или их аналогов при задержании лица, а также при производстве следственных действий по их обнаружению и изъятию.
    2. Крупный и особо крупный размеры утверждаются правительством РФ.
    3. Крупный и особо крупный размеры аналогов наркотических средств и психотропных веществ соответствует особо крупному размерам наркотических средств и психотропных веществ, аналогами которых они являются.
    Усиливается ли борьба с наркоманией?
    Главный вопрос, который должен сегодня волновать всех без исключения: «Усиливается ли борьба с наркоманией?». Я считаю, что не усиливается. Но не в том смысле, как мне заявил один знакомый опер, который работает в наркоконтроле. Он сказал с возмущением:
    — Знаешь, Владимир Семенович, сейчас борьба с незаконным оборотом наркотиков резко ослаблена, послабуха, не иначе. Недавно мы надыбали группу, а им сроки дали условные.
    Позиция опера понятна. Нок когда я сказал об этом следователям, они над ним посмеялись: в законе никакой послабухи нет.  И решения судом принимаются, как правило, в строгом соответствии с УК, естественно, с учетом всех обстоятельств, выявленных следствием.
    Но на самом деле, не на бумаге (в законах), а на практике борьба с наркоманией по многим позициям терпит фиаско. Показатель один: количество наркоманов. Если есть наркоманы, значит, имеются и точки сбыта. И зависимость здесь прямая.
    Как сказал один рыбинский нарколог, о деятельности милиции по борьбе с незаконным оборотом наркоты они (в клинике) узнают по притоку клиентов с симптомами ломки: если клиентов обращается много, значит, в Рыбинске накрыли очередную точку сбыта наркотиков (купить негде, наркоманов начинает ломать), но как только затишье, значит, открылась новая точка сбыта.
    И такие колебания в течение года прослеживаются постоянно. Значит, борьба все-таки идет.
    Тем не менее, с доперестроечными временами не сравнишь.
    Заседание Комиссии (из личной практики)
    В то время я был начальником Пролетарского отдела (1987-1989 гг.), и заседал как-то в составе Комиссии по борьбе с незаконным оборотом наркотиков и профилактики наркомании во главе с председателем Пролетарского Райисполкома.
    Все члены Комиссии в один голос подтвердили особую опасность наркотиков. И с упреком посмотрели на меня, давая понять, что милиция плохо работает.
    Тогда я поинтересовался:
    — Почему вы так считаете?
    — Потому что в 1988 году выявленных фактов сбыта, приобретения наркотических веществ не было!
    Справедливую критику в свой адрес я всегда принимаю, как должное, делаю выводы и пытаюсь принять меры к исправлению ситуации. Но ужасно не люблю, когда меня ругают ни за что.
    Здесь как раз был такой случай. И тогда я обратился к врачам из наркодиспансера:
    — Скажите, пожалуйста, а сколько больных наркоманией к вам обратилось за лечением в этом году?
    — Трое.
    — Вы, наверное, поинтересовались у них, как они стали наркозависимыми?
    — Разумеется. Они стали наркоманами, когда получали дозы при официально назначенном лечении (побочный эффект).
    В то время других наркоманов на учете не было.
    Были люди, увлекающиеся «колесами». В аптеках они покупали какие-то таблетки и ели их пачками.
    В среднем в то время по Рыбинску возбуждалось от одного до трех дел в год. И были это исключительно дела, связанные с выявлением наркотиков в зонах (в посылках иногда удавалось обнаружить запрещенные препараты, но очень редко).
    Тем не менее, комиссия вырабатывала меры по усилению борьбы с наркоманией и всех строжила:
    — Работайте, контролируйте, выявляйте!
    Разрешить наркоманам быть наркоманами!
    Но потом, к великому ужасу работников милиции, начали обсуждать, не разрешить ли наркоманам быть наркоманами? Требования в нашей стране раньше были настолько жесткие, что человек только подержал наркотик в руке, и у него взяли смывы и обнаружили следы наркотика, он уже подлежал уголовному наказанию. И по тем временам, хоть ты и наркоман, но приобретать наркотики должен законно, пользоваться ими должен под наблюдением врача, все остальное –преступление:
    — Отправляйся в тюрьму, там долечат, — другого мнения в те времена не было.
    Но с целью расшатывания эффективно действующей системы борьбы с наркоманией (уже в первые годы перестройки) начались дебаты:
    — За что наркоманов сажать?! Они ведь белые и пушистые! Они – всего лишь жертвы! Их посадили на иглу! А мы их в тюрьму! Не с жертвами надо бороться, господа милиционеры, а с настоящими преступниками: наркобаронами, наркомафией! А от рядовых наркоманов уберите свои грязные лапы! А вы знаете, что среди наркоманов есть несовершеннолетние и женщины? Их тоже, по вашему, за решетку?! Ребенка в логово к зэкам? Да, им не в тюрьму, им лечиться надо!
    Но по опыту, с большой долей вероятности могу сказать (как это ни крамольно звучит и не идет в разрез с общепринятым мнением), что может больному этим недугом было лучше (для него же самого!) сесть в тюрьму: там бы его быстрее вылечили от наркомании.
    Как пел Владимир Высоцкий: «Семь бед, один ответ, в тюрьме есть тоже лазарет».
    Однако государство наше приняло решение идти по пути увеличения порога крупного и особо крупного размера. И получилось, что для себя  приобретать наркотики можно. Задержат тебя с небольшой дозой, а за нее только административная ответственность. Скажут:
    — Ладно, чего уж там. Понемножку – можно. Не будем тебя трогать.
    Для наркоманов, а главное, для наркомафии это означало одно:
    — Ура! Разрешили!
    Худо-бедно, но по большому счету, в стране действительно был разрешен оборот наркотиков, который раньше строго и жестко пресекался.
    А начиналось все с дешевой демагогии:
    — Ну, больной человек, ему доза нужна, у него ломка, что же он не имеет права с собой дозу носить?!
    Это способствовало разрешению оборота, что раньше было просто невозможно! И пошло, поехало.
    И теперь что мы имеем в сравнении с доперестроечным временем? Героиновые наркоманы торжественным маршем шествуют уже не только по центральным городам России, но и по Рыбинску!
    К вопросу о миллиграммах
    В статье №228 наказание предусмотрено за манипуляции с наркотиками в крупных и особо крупных размерах.
    — Ха-ха, — скажут непосвященные, — чемодан – это крупный размер, а вот особо крупный, наверное, не меньше вагона. Нам это не грозит.
    Поэтому многие люди очень удивляются:
    — Какой особо крупный размер?! Всего три вот таких пакетика с героином!? О чем хоть речь идет? Ерунда какая!
    На самом деле, в отношении наркотиков крупный и особо крупный размер составляют граммы и миллиграммы:
    Например, для героина крупным размером считается – 0,5 грамм, особо крупным размером – 2,5 грамма (!).
    Но лазейка здесь колоссальная, ведь можно приобрести дозу весом 0,4 грамма, и за нее уже уголовной ответственности не предусмотрено! А чтобы наступила административная ответственность, это же надо человека поймать, найти свидетелей, что зачастую невыполнимо, да и кто этим всем будет заниматься при огромных масштабах распространения наркомании?
    Перекосы в законодательстве
    В статье №228 есть примечание (см. примеч.№1). Если внимательно перечитать текст, выделенный жирным шрифтом и предположить, что было время, когда данная формулировка отсутствовала, получается настоящее спасение для наркоторговцев.
    Но это «золотое» время действительно было.
    Когда я с 1993 года начал работать начальником следственного управления, то столкнулся с такими случаями, когда по требованию прокурора нам приходилось отпускать задержанных наркоторговцев.
    Приведу один пример. Наши оперативники выследили группу людей, которые купили на Хитром рынке в пос. Брагино наркоту и везли ее с собой в Рыбинск.
    Мы устроили на них передвижную засаду и прямо на дороге взяли с поличным. Изъяли наркотики, возбудили уголовное дело, а самих «клиентов» отправили в камеру.
    А прокурор, который тогда давал санкцию на арест (сейчас санкцию дает суд), сказал:
    — Не дам санкцию.
    — Почему?

    (Продолжение читайте в одном из следующих выпусков нашей газеты)