Новости города Рыбинск
      Текст перед ссылками: hydra onion сайтов ;На сайте:заказать фигуру из стеклопалстика ;На сайте:купить сушеный коровий навоз Текст после ссылок:

    «О ПРОДАЖЕ ТЕЛ РАССТРЕЛЯННЫХ…» (ИЗ ИСТОРИИ РЫБИНСКИХ РЕПРЕССИЙ 1918-1919 ГОДОВ)

    В номерах газеты «АНФАС-профиль» за 2009 — начало 2010 годов были приведены данные о  количестве расстрелянных в Рыбинске по внесудебным постановлениям Рыбинской ЧК и приговорам Рыбинского ревтрибунала в период 1918-1922 годов, а также полностью опубликован текст протокола Контрольной комиссии НКВД о событиях «Красного террора» в городе в сентябре 1918 года. Попробуем завершить изложение этих фактов в опоре на документы, представляющие своего рода постскриптум данной темы:

    Резолюция Исполкома Рыбинского уездного Совета депутатов на заявление гражданки Марковой с просьбой о выдаче тела ее расстрелянного сына. В Чрезвычайную Комиссию
    (Ответ на заявление Марковой от 30 августа 1918 года, входящий №3998, в Рыбинский уездный Совет и Исполком):

    Рыбинский Исполком предлагает выдать тело Маркова, принимая во внимание, что означенный преступник был не политический, а уголовный, поэтому не может служить целью пропаганды.

    Председатель Румянцев
    Секретарь Вархолов

    Начальнику Ярославского губернского
    управления уголовного розыска
    (Из заявления жительницы г. Рыбинска Таисьи Никитичны Овчинниковой)

    «Во время красного террора в г. Рыбинске были расстреляны мои родственники — семья Попеновых, о которых вела следствие особая Ярославская комиссия. Тела Попеновых зарыты около их дома, где живут в настоящее время квартиранты, которые просят перенести тела убитых в какое-либо другое место. Почему я и обратилась в Рыбинскую Чрезвычайную комиссию с просьбой о переносе их тел, но там мне не разрешили. Убедительно прошу вас указать, у кого я могу получить разрешение на право переноса тел Попеновых в другое место.»

    Гражданка Овчинникова

    Из протокола №12 заседания Рыбинской уездной Чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и преступлениями по должности
    от 27 декабря 1918 года:

    Присутствовали: ГОЛЫШКОВ, ЖДАНОВ, ТАНЦУРА, ОЗОЛЬ, ВИНОГРАДОВ, БАРСУКОВ.
    Слушали: Заявление ОВЧИННИКОВОЙ о ПОПЕНОВЫХ.
    Постановили: Ввиду того, что в Чрезвычайной Комиссии никаких дел о Попеновых не имелось и не имеется, настоящее заявление считать к Комиссии не относящимся, о чем уведомить просительницу.

    Подлинный за надлежащими подписями
    С подлинным верно: делопроизводитель РЧК (подпись)

    Из протокола №17 заседания коллегии Рыбинской ЧК
    от 19 мая 1919 года:

    Присутствовали: за председателя — ЛЕБЕДЕВ, зав. Секретно-оперативным отделом РОМАНОВ, зав. юридическим отделением ГОЛИКОВ, комендант ЧК СКУЛИМОВСКИЙ, инспектор ВЧК АРТАШЕВСКИЙ, ДАНИЛЕВСКИЙ, зав. Активной частью Яргубчека ГУБСКИЙ, при секретаре ЖДАНОВЕ.

    Слушали: … Дело №163 о продаже тел расстрелянных во время Красного Террора.
    Постановили: Дело следствием продолжать. Послать в Тамбовскую ЧК телеграмму о немедленном аресте ПРУДОВСКОГО и доставлении в Рыбинскую ЧК…

    Секретарь (подпись)

    Торговал трупами…

    Из последнего документа видно, что речь идет о некоем Прудовском, деятельность которого относится к периоду Красного террора. Согласно позиции большевиков, официально красным террором считались события сентября 1918 года после покушения на В.И. Ленина. Значит, действия, в связи с которыми разыскивался Прудовский, относятся именно к этому времени. Судя по
    формальностям, которыми было обставлено проведение террора, захоронение убитых, во избежание нежелательных эксцессов, должно было проходить под прямым контролем ЧК. В списках сотрудников ЧК за сентябрь-ноябрь 1918 года фамилия Прудовского нигде не фигурирует. Из протокола Контрольной комиссии НКВД следует, что захоронение должно было производиться в «братской могиле». Следовательно, Прудовский в каком-то качестве был причастен к захоронению или занимался эксгумацией трупов по просьбам родственников, имея какие-то полномочия по надзору за могилами. В отношении причастности Прудовского к работе ЧК интересен следующий факт: РыбЧК знает о его пребывании в Тамбовской губернии. Значит, он либо сбежал туда и был выявлен тамбовскими чекистами по ориентировке из Рыбинска, либо был направлен в Тамбов по линии РыбЧК или какого-то другого учреждения, о чем было заранее известно. Неясны и обстоятельства убийства семьи Попеновых. Из резолюции РыбЧК на заявление Овчинниковой следует, что Голышков пытался всячески открещиваться от убийств, совершенных, по его мнению, не его людьми. Видимо, он и посоветовал Овчинниковой обратиться в уголовный розыск, считая это делом рук обычных уголовников. В заявлении на имя начальника Ярославского УГРО просительница упоминает об «особой Ярославской комиссии», которая «вела следствие» по этому делу. Здесь, скорее всего, речь идет о работе Контрольной комиссии НКВД, рассматривавшей в числе прочего и обстоятельства убийства Попеновых.  

    «Дух» и «буква» террора

    На практике ни одна диктатура не совершает акции террора безо всякой оглядки на законность, пусть даже и «революционную». И дело не только в кредите доверия у населения внутри страны или реакции «мирового общественного  мнения», созданного силами журналистов и влияющего на масштабы оказания финансовой помощи тому или иному режиму со стороны его зарубежных контрагентов. Любая власть, как организованное сообщество, ведущее публичную деятельность, нуждается в легитимации, или установлении определенных правил игры, обязательных в том числе для собственных функционеров. Иначе система развалится. Если речь не идет, конечно, о террористических банд. формированиях, состоящих из наркоманов и не несущих никаких обязательств перед обществом. Использование подобных субъектов в качестве исполнителей  террора, за которыми стоят вполне респектабельные политические силы, это «ноу-хау» второй половины XX века. В предшествующий период как фашистские, так и коммунистические режимы опирались на более романтические концепции насилия, предполагающие ответственность государства. Поэтому и те, и другие, для поддержания авторитета в обществе, периодически чистили свои ряды, причем опять же публичным путем, а с другой стороны, старались избежать откровенных немотивированных эксцессов. Местные чекисты, не говоря уже о комиссиях из центра, тоже вынуждены были выполнять определенные правила. Иначе — хаос. Вот почему вопрос о красном, в частности, терроре, его масштабах и последствиях, не так прост, что и подтверждают архивные источники.

    Материал основан на документах
    Рыбинского филиала госархива Ярославской области